Брюс Ли и Вильям Ченг. Юные годы
На сегодняшний день, его единоборство имеет отпечаток везде – в зрелищных прыжках Эрни Рейеса Ката, в разрушительном кулаке Чака Норриса, в стратегических теориях Кейта Витали, в неожиданных ударах Билла Уоллеса, в восхитительной акробатической комедии Джеки Чана; и даже в пластмассовых нунчаках ребенка, который тренируется в доджо на соседней улице.
Брюс Ли провел своё детство в Гонконге, который в то время был оккупирован армией Великой Японской империи; он дорос до совершеннолетия во время трудного периода Второй Мировой Войны, когда коммунистическая победа на материковой части Китая направила поток беженцев в крошечную колонию Британии.
Когда Ли исполнилось 6 лет, режиссер одного из фильмов его отца увидел его возле установок и сразу решил взять мальчика на крупную вспомогательную роль предстоящего фильма. Актерская карьера Брюса Ли положила начало именно в тот день.
«Впервые я встретил Брюса на вечеринке», говорит Вильям Ченг. «Мой дядя знаком со многими китайскими оперными артистами и одним из них был отец Брюса Ли, одним из наиболее известных. Однажды, когда мне было лет 10-11, мой дядя сказал мне: «Мы идем на день рождения к молодой кинозвезде». Я ответил: «Вау, мы идем на встречу с кинозвездой!» Итак, мы пошли, и Брюс был там. Но на первой встрече я не был впечатлен им, так как я был проигнорирован полностью. Он был в центре внимания. Он, наверное, и не знал, что я был там. После этого дня мы не виделись на протяжении года.
Этим временем Ли был звездным ребенком, живущим в переполненном людьми городе, где миллионы узнавали его в лицо, и ему постоянно приходилось сталкиваться с проблемами завистников, особенно с его сверстниками со школы. С одной стороны, там были те, кто хотели видеть в нем лидера уличной банды, которого он изображал в своих фильмах, и с другой там были и все те, кто ожидал, что его изображения на экране – всего лишь мистификация. Многие думали, что в душе звезда кино – трус, и желали объявить собственную победу над Маленьким Драконом (детское имя Брюса), это был бы легкий способ обрести репутацию крутого парня, которого бы уважали все, и Ли это знал.
Грандмастер Ченг помнит, как у Брюса было много проблем в начальной школе. В частности, там был один переросток из его класса, который полюблял поглумиться над другими детьми из его класса. Он вымогал их карманные деньги взамен на то, что они останутся целыми. В конце концов, пришло время и Брюса.
«Ну что ж, Маленький Дракон», сказал вымогатель. «Твоя очередь. Мне нужны твои деньги тоже».
«Да, конечно», сказал Ли. «Только идем в туалет, чтоб учителя нас не увидели».
Большой мальчик шел вслед за Брюсом, и как только они вошли вовнутрь, Ли быстро толкнул его к стене, достал свой карманный нож и приставил лезвие к его животу. Лицо мальчика побледнело.
«Ну что ж , теперь снимай с себя одежду», приказал Ли, «Полностью!»
Когда до мальчика дошло, о чем он ему говорил, Ли снял с него одежду и разбрасывал её по пути домой со школы. Мальчик от стыда закрылся в одну из кабинок туалета и, спустя время, не выдержал и уснул.
В семь часов вечера того же дня родители пришли в панику, что их сын до сих пор не вернулся домой. Вначале, они позвонили в школу, ни никто на дежурстве не видел его. Потом они позвонили его учительнице, которая сообщила, что после обеда она его уже не встречала. Следующий их звонок был в полицию.
Полиция начала разыскивать его в окрестностях. Все попытки были тщетными, до тех пор, пока поздно вечером мальчик не проснулся от холода. Он начал панически кричать.
«У Брюса было множество проблем после этого инцидента», рассказывал Вильям Ченг. Об инциденте узнал отец Брюса. Он сильно встревожился таким поведением своего сына и постоянными драками, которые оставили отпечаток на его учебе, кроме прочего, школа попросила Брюса перестать учиться там. Отец несколько раз пытался справиться с проблемой и прекратить кино-карьеру сына. Но продюсеры и режиссеры Гонконга всегда отговаривали его.
Эта история быстро разошлась среди школьников всего Гонконга и принесла еще больше уважения и славы Маленькому Дракону среди его сверстников. В то же время Вильям Ченг уже стал довольно известным за его способность бить старших учеников благодаря своей смышлености и мускулам. И так как как один из одноклассников Ченга был членом банды Ли «Восемь тигров Джанкшн Стрит», была организована вторая встреча между ними.
«Когда я снова встретился с Брюсом», говорит Ченг, «он незамедлительно спросил меня, почему я всегда побеждаю в поединках. Я ответил, что занимаюсь этим стилем Кунг Фу уже год, но это направление было слишком грубо для него…так как он был кинозвездой. Он должен был заботиться о своей внешности. Кроме этого, я сказал Брюсу, что это особенный стиль, очень эффективный, мы будем организовывать секретные соревнования. Он убедительно просил ращрешить ему приходить и смотреть на поединки. Но я не воспринял его всерьез, не думал, что он придет».
Незадолго до своего тринадцатого дня рождения, Ли начал ходить в новую католическую школу, «Колледж ла Салле». И снова он одновременно притягивал и создавал себе неприятности. Однажды в разборках между бандами ему чуть не разбил голову кунгфуист, который был моложе его. Ли был в ярости. Он не мог вынести мысль о проигранном поединке. Он прибежал домой и сказал своей матери, что хочет изучать боевые искусства, что над ним издеваются в новой школе и он хочет научиться защищать себя должным образом.
Мама согласилась дать ему денег на занятия по Кунг Фу. Ли начал искать инструктора Вильяма Ченга. Будущий Грандмастер не поверил, что Ли будет серьезно заниматься. С неохотой, в весенний день 1953, Вильям Ченг взял Брюса Ли в ресторан профсоюза работников зала, где проводились занятия, и познакомил его с Грандмастером Винг Чунь Кунг Фу, профессором Ип Маном.
«Ип Ман был очень рад встрече с Брюсом, так как он был знаменитостью», продолжает Грандмастер Ченг, «Ип Ман всегда ценил таланты. Я его оставил там, и Брюс начал сразу брать уроки».
До его зачисления в школу Кунг Фу, Ли не имел опыта с серьезным боевым искусством. Ли сразу взялся за, казалось бы, невозможную задачу – создание эффектиной боевой машины из своего хрупкого тела. Его страсть к Кунг Фу была на грани фанатизма.
Между тем, домашняя жизнь Вильяма Ченга стала невыносимой. Его собственные подвиги как уличного бойца вызывали осуждение отца и постоянные ссоры в семье. Чтобы исправить ситуацию, Ип Ман согласился, чтобы молодой Вильям Ченг, который всегда являлся его любимым учеником, жил у него. А так как Ип Ман никогда лично не преподавал Винг Чунь, Ченг заработал статус одного из инструкторов Грандмастера.
Несмотря на инструкторский статус Вильяма Ченга, он не работал со своим самым знаменитым учеником.
«Я думал, что он изучает Кунг Фу потому , что все это делают. Я всё еще не принимал Брюса всерьез. Чуть позже, мы переехали в более крупную школу в Коулуне. Мы начали слышать истории о том, как Брюс побил старших учеников, или тренирующихся с ним. Они были расстроены тем, как быстро он прогрессировал. Брюс тренировался каждую минуту дня. Даже во время общения, он всегда отрабатывал какое-нибудь движение ногой или рукой. Вот тогда я и осознал серьезность намерений Брюса Ли по отношению к восточным единоборствам.
С того момента, Вильям Ченг, остальные инструктора и даже Грандмастер Ип уделали Ли особое внимание, которое давалось только избранным студентам. Вильям Ченг и Брюс Ли начали становиться близкими друзьями и проводить время вместе после занятий. «Брюс обрел очень, очень хорошую физическую форму», рассказывает Грандмастер Ченг. «Он тренировался Винг Чунь основательно и всегда побеждал в боях, хотя мы много раз побеждали благодаря хитрости. Брюс участвовал во множествах поединков, и самое поразительное – он никогда не давал заднюю в передряге. В некоторых ситуациях я думал, он забоится, но нет, только не он. Другие из наших парней иногда просто убегали. Брюс потом становился зол на них и не говорил с ними, так как они не имели смелости».
Однажды Вильям Ченг играл в бильярд на Натан Роуд. Неожиданно спокойствие в комнате нарушилось быстрыми шагами Брюса Ли. «Ах Хинг, Ах Хинг!», кричал Брюс, «Они идут за мной! Вся группа!»
Ченг ударил бильярдный шар и потом взглянул на Брюса, «Секундочку Брюс; ты же в своем районе. С чего ты взял, что они за тобой?» «Я знаю, потому что я побил одного из них», воскликнул Брюс. «Ох», вздохнул Ченг. Он положил кий и подошел к окну. Снаружи было видно около 50 человек, слоняющихся по улице, членов одной их наибольших банд. Их можно было идентифицировать по белым платкам, которые они носили.
«Ну, проблему я вижу, Брюс», сказал Вильям Ченг, «Но мне кажется, я знаю, как тебе с ней справиться. Идем туда».
Натан Роуд – одна из основных улиц Коулуня. В то время суток люди на ней проходили сотнями. Когда Ли и Ченг вышли из бильярдной комнаты, члены группировки сразу заподозрили местную ловушку – так неспеша и вразвалочку они двигались. Когда Ли и Ченг проходили мимо членов банды, Брюс махал кому-то их проходящих рукой. Так как он был звездой, многие его узнавали и махали ему в ответ. Банда быстро убедилась, что против них здесь больше людей, и удалилась.
В конце 1956 года, Брюс Ли стал серьезной проблемой для Ип Мана. «Из-за того, что он прогрессировал очень быстро, он становился угрозой для старших учеников», говорит Вильям Ченг. Студент Кунг Фу должен был вести себя воспитанно и относиться с почтением к старшим ученикам и быть готовым служить им. В противном случае это считалось как вызов на поединок. С тех пор как Ли начал уважать знания и боевые умения полученные от Ип Мана и инструкторов, он отказался подчиняться высокомерной прихоти старших. Вместо этого он решил принять их вызовы и с легкостью победить их. Потом они выяснили, что в нем течет отчасти европейская кровь (его мать была наполовину немка). Они использовали это, чтоб прекратить тренировки Брюса, повлияв на Ип Мана, который в свою очередь был сторонник традиций. Он не одобрял передачу восточного искусства на Запад. Ип Ман был бедным бизнесменом и деньги ускользали сквозь его пальцы. Студенты образовали комитет, собирая школьные сборы, на оплату аренды и на личное пособие для Ип Мана. Эти же студенты грозились сократить это личное пособие, если он не исключит Маленького Дракона из школы. «С большой неохотой, Ип Ман согласился», с печалью в голосе рассказывает Грандмастер Ченг.
«На самом деле, Ип Ман гордился Брюсом даже перед тем, как он стал звездой Кунг Фу. Между мной и Ип Маном была дружба, так же как и между Брюсом и мной, и так же как между Брюсом и Ип Маном».
Чувства Ли проявились к его мастеру в 1967 году, когда он сказал, «Перед тем как я расскажу вам о Джит Кун До, я бы хотел подчеркнуть тот факт, что хотя мой теперешний стиль более жизненно актуальный и эффективный, я обязан своим достижениям моим предыдущим тренировкам в стиле Винг Чунь – великому стилю. Меня учил Ип Ман, нынешний лидер Винг Чунь в Гонконге, где я был воспитан».
Ип Ман знал, что Ченг и Ли были близкими друзьями, потому он сказал Ченгу, «Будешь его тренировать». Вильям Ченг знал, что слова его мастера были персональным поручением завершить обучение Брюса Ли в стиле Винг Чунь. После того как Брюс Ли покинул школу и Ченг переехал обратно к родителям, Ли тренировался практически только с ним.
«К тому времени я изучил почти все, что включал в себя Винг Чунь», признался Вильям Ченг. «Все, что оставалось – практика. Брюс начал навещать меня у моих родителей на ферме каждые выходные, когда он не работал над фильмом, пока я не переехал в Австралию».
Ченг рассказывает, что он намеренно структурировал тренировки с Ли так, чтобы они оставляли экспериментальный характер. Он имел вескую причину. В течение нескольких лет он жил с Ип Маном и обнаружил, что Грандмастер не включал ключевые элементы системы Винг Чунь в свое коммерческое преподавание. В частности, Ип Ман не обучал подлинности движений ног и их применения в сокращения разрыва в «теории четырех боевых диапазонав» Винг Чунь. Вместо этого он учил измененным моделям движения, которые были весьма жесткими, очень неподвижными, и довольно непрактичными. Тем же моделям по-прежнему учат Винг Чунь студентов во всем мире.
Ип Ман взял слово с Вильяма Ченга, что он никого не будет обучать полной системе Винг Чунь, пока Ип живой. Поэтому Вильям Ченг разработал практические ситуации, в которых он подчеркнул для Ли недостатки в модифицированном Винг Чунь. «Я попал в такую ситуацию, в которой пришлось повлиять на Брюса, чтоб он задался многими вопросами», рассказывает Грандмастер Ченг, «так как я не мог показать ему, я сделал так, чтоб его это начало раздражать, чтоб он начал спрашивать: "Почему?" в попытках выяснить самому.
В 1958 году один из учителей школы Ли пытался повторно направить одержимость молодой кинозвезды с уличных боев в более респектабельном направлении, убеждая Ли присоединиться к школе бокса. Ли согласился, но отказался тренироваться с командой, и не появлялся ни на одной тренировке, заставляя думать ведущих бойцов, что он сошел с ума. За кулисами за подготовку Ли поручился Вильям Ченг. «Я обучал его боксу для турнира», подтверждает Грандмастер. Это был его первый бой на боксерском ринге, и он еще был не опытен. Однако первый бой он выиграл очень убедительно.
«Брюс тогда был уже очень компетентен. У него на счету было несколько боев с представителями разных стилей и он, несомненно, выигрывал с удовольствием. Знаний у него было больше, чем у людей, которые обучали. Он всегда критиковал модифицированную работу ног, говоря «Посмотри, почему это так? Почему я вынужден учить это?», но я не говорил ему, я дал слово. Он так и не узнал», рассказывает Вильям Ченг.
Годы спустя в фильме «Возвращение Дракона», Ли будет играть городского неотесанного парня, который тренировался китайскому боксу на ферме. Картина была написана и снята самим Ли, и в оригинале истории он отдал должное тренировочному опыту, который он получил от Вильяма Ченга.
Лето 1958 года для Маленького Дракона оказалось очень продуктивным, давая критикам исполнение в фильме «Орфан», Ли впервые снимался в главной роли. Осень принесла новую конфронтацию с полицией. «Этот случай послужил для него причиной прекратить отношения с группировкой «Восемь тигров» и в конечном итоге переехать в Америку», рассказывает Вильям Ченг. «Они совершили несколько краж, когда мы были с ними. Они начали бежать, и нам пришлось тоже убегть с ними, но мы не взяли ничего».
Вскоре после этого Вильям Ченг и Брюс Ли решили начать жить «с новой страницы», подальше от уличных банд Гонконга, и уехали учиться за рубежом. Грандмастер присоединился к своим братьям в Австралии, в то время как Ли, который родился в Сан-Франциско, вернулся в Америку, получив свое законное место в качестве гражданина США.